Через неделю с лишним после объявления специальной операции на Украине власти РФ одобрили серьезные уголовные наказания за распространение заведомо ложной информации о российских вооруженных силах. Вроде бы нужный шаг, ведь информационная война между Россией и ее соперниками ведется с огромным накалом. И, как показывает опыт с коронавирусным временем, вредная и ложная информация может распространяться очень быстро. С другой стороны, с принятием поправок стало очень сложно разделить законное выражение позиции, защищаемое Конституцией, и преступление. А неопределенные формулировки закона могут означать его широкую трактовку, предупреждают юристы.
Если деяние совершено:
- с использованием служебного положения (руководитель распространил в корпоративном чате);
- группой лиц, группой лиц по предварительному сговору или организованной группой (в переписке указано «это нужно распространить всем, давай разошлем по нашим контактам» и подобное);
- доказательства созданы искусственно (например, смонтировано изображение, наложен звук, старым роликам придали видимость новых);
- с мотивом ненависти или вражды в отношении социальной группы (под ней могут признать военных или сотрудников правоохранительных органов);
это уже от 3 до 5 млн руб., лишение свободы на 5–10 лет и другие санкции (все пояснения к этой части статьи дала юрфирма ).
Если любое из вышеуказанных действий повлекло «тяжкие последствия», то грозит лишение свободы на 10–15 лет. Что будут понимать под «тяжкими последствиями» — непонятно. Обычно это тяжкий вред здоровью или смерть, но нельзя исключать и расширенное толкование в применении этой статьи, указывают в ZKS.
А если будут подозрения в фальсификации фото- и видеоматериалов, на помощь придет экспертиза, поясняет советник адвокатского бюро , адвокат Светлана Мальцева. Управляющий партнер АБ «Китсинг и партнеры» Владимир Китсинг вовсе считает маловероятным, что следователи станут утруждаться. «По крайней мере, в приговорах по ст. 207.1 и 207.2 УК РФ (например, «коронавирусные фейки». — Прим. ред.) подобные экспертизы не фигурировали».
Нельзя исключать, что кто-то из участников чата, прочитав нечто, по его мнению, противозаконное, обратится в правоохранительные органы по личным или другим соображениям, предупреждает Мальцева.
Если вы послали что-то одному человеку, то это не публичное распространение, говорит Казаков. Но если речь о чате или группе, предполагающей ознакомление не только конкретного лица, то это именно публичное распространение, разъясняет адвокат.
Из этого следует логический вывод, что закрытые группы сюда тоже подпадают. Но, даже если информация пересылается одному адресату, надо помнить, что сообщения в мессенджерах можно пересылать другим пользователям.
Возможно, судебная практика пойдет по пути, когда многократная пересылка одного и того же поста, фото, видео, притом что установлен первоисточник, будет расцениваться как распространение неограниченному кругу лиц.
Тогда в этом случае есть вероятность, что мнение воспримут как «дискредитацию использования Вооруженных сил РФ в целях защиты интересов РФ и ее граждан, поддержания международного мира и безопасности». На первый раз это «административка», а во второй — уже 280.3 УК со штрафами от 100 000 руб. и другими санкциями. Тут не предполагается ни «заведомость», ни «ложность» сведений, говорит Михаил Романов из АБ
Формулировка этой статьи настолько неопределенная, что любое негативное высказывание против использования вооруженных сил РФ на Украине могут расценить как дискредитацию.
Адвокат уточняет: «Это не означает, что каждого несогласного будут сажать в тюрьму, но такая норма закона дает возможность правоохранительным органам недолго ломать голову над формулировкой обвинения в отношении неугодных лиц».
По его словам, в личной переписке использование слов «война» или «вторжение» не отнесут к преступному деянию как раз потому, что это личная переписка. Но использование этих слов в группах с неопределенностью адресата могут расценить как заведомо ложную информацию, ведь в официальных российских источниках так не говорят.
Еще есть вариант, что эти слова расценят по статье о дискредитации вооруженных сил (ст. 280.3 УК), добавляет Мальцева.
Если же вы распространили, а затем удалили информацию после вступления закона в силу, то формальное удаление ничего не «отменит». Удаленную информацию может быть чисто технически сложнее найти, а событие преступления — доказать. Сложнее, но по-прежнему возможно.
Преступление считается оконченным, когда информацию распространили двум или более лицам независимо от того, восприняли они ее или нет, говорит Юлия Бадыло, адвокат МКА
С другой стороны, если вы удалили статью, то есть возможность доказывать, что ваши действия не имели прямого умысла, подсказывает Романов. Например, вы не знали, что сведения ложные или кого-то дискредитируют, а как только узнали — удалили.
В высказываниях в соцсетях не оскорбляйте какую-либо социальную группу или общность людей (например, вооруженные силы России), не призывайте к насильственному изменению конституционного строя и нарушению территориальной целостности страны, советует Мальцева.
С принятием поправок в УК стало очень сложно разделить преступление и законное открытое выражение позиции, которое предусмотрено Конституцией, считает Романов.
«Буква закона выглядит очень устрашающе, но есть еще и дух закона, который не должен быть направлен на нарушение закрепленных в Конституции РФ прав, — рассуждает адвокат. — Как будет применяться в судах этот закон, пока под вопросом. Возможности у судов есть разные, хотя неопределенные формулировки дают большую свободу для обвинения. Возможности для защиты тоже есть, и их надо использовать в полной мере».